fbpx

Retunsky Yoga Studio

Большой Каретный переулок дом 8/2 (метро Цветной Бульвар)

Facebook        Instagram

Интервью с Зиной Суровой, художником, иллюстратором более 20 детских книг.
20.02.2020

Зина Сурова — автор и иллюстратор более 20 детских книг: среди них «Находилки», «Занималки», «Лето в деревне» и другие проекты, которые Зина придумывает и воплощает совместно с мужем — дизайнером Филиппом Суровым. В иллюстрациях использует самые разные материалы и техники: тушь, восковую пастель, карандаши, акриловые и масляные краски, глину, дерево, коллаж.

Занимается живописью, оформлением пространства и созданием декоративных объектов. Член Московского союза художников. Лауреат российских книжных конкурсов, участвует в международных выставках и фестивалях.

С 2005 по 2015 год преподавала в ведущих московских творческих вузах. Мама троих детей.

Ретунски:

Первый вопрос: твоё первое в жизни творчество, которое ты можешь осознать именно как творчество?

Зина Сурова:

Это довольно сложный вопрос, потому что мои родители — художники, и папа настолько рано мне всё вот это дал, что для меня творчество было всегда. Когда мы жили на коммунальной квартире, я была совсем маленькая, и мне разрешали разрисовывать стены в коридоре. Я рисовала петухов! Дом был под снос, другие жильцы на это не возражали. Поэтому любовь к большому формату началась там и тогда.

Но осознание творчества пришло позже, оно связано с простым карандашом. Я рисовала им прямо в кровати перед сном, пока папа читал мне вслух.

Он постоянно говорил, что дома всегда должно быть много хорошо заточенных карандашей и бумага, чтобы ребёнок мог ими постоянно пользоваться.

Он точил мне карандаши, пока я сама не научилась. Кстати, сейчас приходится учить студентов этому, потому что они не умеют: они берут точилку и точат. А для рисования нужно точить ножом. Это важно, потому что глаз человека, когда он рисует, «располагается» на кончике этого карандашика. Конечно, можно рисовать чем угодно, не только карандашом: взять уголь, краски, мелки, взять толстый мягкий карандаш типа 6В. Но это умение точить карандаш должно быть. Карандаш не может быть огрызком.

Чтобы создавать условия для творчества детям, надо не лениться: не ограничиваться фломастерами и ручками, а точить карандаш, давать гуашь, потом отмыть своё чадо от красок. Есть родители, которые раздевают ребёнка догола и дают ему гуашь. А потом жалуются: «Как же так, она плохо отмывается даже от голого ребёнка!» Это всё требует от родителя определённого труда, и я очень благодарна своим родителям за то, что они не ленились.

Они работали в художественной школе и постоянно таскали меня на оформление выставок. Одно из самых ранних воспоминаний: много детских работ вокруг, а я сижу внутри стопы больших рам без стёкол, — необычный вариант манежа, — и играю с длинными кусочками бумаги, — тоже первое творчество.

Ретунски:

Почему ребёнку важно быть в творчестве?

Зина Сурова:

Здесь я бы хотела немножко посмотреть назад: в историю. Если мы вспомним народное творчество, когда оно было живо, то дети росли в этом просто так. Всё было очень органично, хотя и сложно в бытовом смысле. И творчество было просто частью быта: сделал красивый наличник — украсил окно и дождь не течёт в щели.

А в современном городе творчество как быт — утеряно и нам приходится создавать условия для него специально.

 Одинаковые квартиры, одинаковые интерьеры. Зачастую ты приходишь к кому-то в гости, а ты уже знаешь, что там будет: стенка, телевизор, компьютер, ковёр, то есть что-то очень однотипное, или икеа-интерьеры.

Многоэтажные районы меня расстраивают, это такие-то бесконечные соты. Конечно, каждый человек — это отдельный мир, и он воссоздаёт этот мир в своём жилище. И в каждой соте может быть что-то удивительное. Но на самом деле это редко бывает.

Когда я приехала в первый раз из Севастополя в Москву, заселилась в общежитие в спальном районе (ул. 800летия Москвы) и увидела эти многоэтажки, я подумала: «Как здесь может расти художник?» Эта среда не способствует творчеству.

Поэтому задаёшься вопросом: «Что нужно сделать для ребёнка, чтобы творчество было с ним?».

Когда я заканчивала институт, у меня был дипломный руководитель, очень интересный человек, мозаичист, А.Д. Корноухов, он спрашивал: «Почему детям так необходимо рисовать?» И сам отвечал: «Ну потому что творчество для них — физиологическая потребность. Вы видели когда-нибудь ребёнка, который не рисует?Таких просто не существует. Это одна из базовых потребностей самовыражения.»

Просто потом дети перестают это делать… По многим причинам… Сейчас чаще всего из-за замещения мультиками и гаджетами. Или из-за того, что их родители говорят: «художником он не будет».

Хорошо, не будет, но для того, чтобы стать успешным бизнесменом, к примеру, и доходчиво объяснять свою идею и свой проект, нужно уметь выражать свои мысли графически, делать презентации, чтобы доказывать ценность своего проекта. Рисование развивает структурное мышление. Оно намного больше похоже на математику, чем многие думают. У меня в художке был одноклассник (сейчас он доктор в Гарварде), который был чемпионом мира по математике среди школьников несколько лет подряд. Он очень круто рисовал и всегда рассказывал нам, как он всё это представляет, как это соотносится. Мне, кстати, тоже очень нравилась математика, я хотела стать математиком, причём не прикладным.

И как вывод: очень важно давать ребенку возможность рисовать, придумывать, сочинять, заниматься музыкой…

Создать среду, где рисовать будет легко. У меня дома дети рисуют на кухне, в гостиной, в своих комнатах, в ванной, — везде… Слушают аудиокниги и читают стихи даже когда моют посуду.  

Творчество делает детей цельными личностями, и  они смогут лучше реализоваться в любой профессии.

Ретунски:

А если взрослый человек хочет снова обратиться к творчеству? Есть ли подсказка такому человеку, как найти своё вдохновение, как начать рисовать снова? 

Зина Сурова:

Хороший вопрос. Здесь в первую очередь нужно найти время, чтобы, так сказать, быть поэтом. Жизнь взрослого построена так, что в ней всё распределено. Например, мои недавние студенты были вечерниками, это было для них второе высшее образование. Взрослые, работающие люди.  Для них самая большая сложность — было понять, что любимым делом нужно заниматься не после восьми вечера, когда уже умер на работе.

Нужно найти хотя бы один день в недели для своей мечты, для творчества. Для любимого, для самого заветного дела — должно быть место и время. Нужно свить «гнездо» для своего творчества. Без него хорошая идея может не вылупиться.

Если нет целого дня, пусть это будет 2 часа, но цельных, без помех. Когда мои старшие дети были маленькие, меня спасали два часа их прогулки с няней. 

Время и место — это условия. Дальше нужно подумать над тем, как ты смотришь и что видишь.

У меня здесь в студии детское занятие называется «Любоваться, изучать, рисовать». Взрослый должен попытаться делать тоже самое. «Смотреть глазами ребёнка» — значит удивляться, заново открывать для себя мир.

Например, мы сейчас сидим на диване в Ретунском, перед нами окно: я вижу красивую решётку, за ней я вижу деревья, за ними — голубой дом. И мы разговариваем, а я параллельно любуюсь этим: решётка из металла накладывается на «решётку» веток. Это красиво, это мотив! Если бы были карандаш, бумага и время, я бы это зарисовала. Но даже просто смотреть и осознавать красивое — уже творчество. И это нужно делать всё время. Нужно учиться смотреть и любоваться. И уже это — 90% творчества.

Например, нужно замечать цвета вокруг себя. Какие цвета замечают взрослые по дороге с работы? — Цвета светофора, и то, если заметят. А если они начнут замечать, например,  апельсиновый зонтик на фоне сиреневого дома… это уже полдела. Я сейчас делаю книжку про цвета и оттенки, она будет называться; «не 7, а 77». Вам должно быть мало 7 цветов радуги для обозначения того, что вы видите…

Как результат такого «активного смотрения вокруг»  человек может начать заниматься творчеством, или сможет лучше играть со своим ребёнком — это тоже вариант творчества.

Ретунски:

А тогда такой вопрос: как у тебя получается работать с неуправляемыми детьми? Ведь для большинства это представляет собой большую сложность. В чём подсказка? Как научиться фокусировать их внимание на какой-то задаче?

Зина Сурова:

Мой папа 55 лет проработал в художественной школе, и я кое-какой опыт у него переняла))). Правда с современными детьми сложнее работать, чем с детьми 10-20 лет назад. У современных детей (и студентов!) концентрация внимания значительно ниже. Но всё равно можно потихоньку ее наращивать.

Вчера, подготавливая занятие, я заметила, что сейчас презентация у меня состоит из 60 файлов, то есть я покажу детям 60 картинок. Они хорошо их воспринимают и не отвлекаются. А на первом занятии таких картинок было всего 20. Сейчас занятие восьмое, то есть концентрация внимания детей у меня на занятиях уже увеличилось в три раза. Дети привыкают, понимают, как с ними работают, понимают порядок и правила занятия.

Важно не развлекать, но заинтересовывать.

Мы учимся вместе с ними любоваться природой во всех её проявлениях. Дети меня научили, например, любоваться крокодилом, а это сложно. Мы учимся чему-то новому каждый раз. Представляешь себе осьминога? А где у него рот? Не там, где его вроде бы голова. Рот находится между щупалец. А если смотришь на осьминога сверху, то это какой-то необычный тропический цветок.

Наше занятие начинается с презентации по определенной теме, связанной с природой, будь то крокодил, мухомор, динозавр или бутылочные деревья.

Потом мы рисуем, конструируем, клеем, вырезаем. Я стараюсь делать так, чтобы дети  не работали по образцу. Очень сложно не давать детям готовой подсказки.

Тем более что сейчас дети только и ждут, что педагог будет говорить: «Вот так мы рисуем крокодила». И все рисуют именно так. А ведь дети могут нарисовать и придумать что-то намного лучше, чем профессиональный художник.

Например, Пикассо серьёзно изучал детское творчество, он сам учился заново изобретать у детей, у африканского искусства.

Мне часто говорят студенты: «Я не умею рисовать губы». Я говорю: «Посмотри в африканском искусстве, сколько там вариаций губ!» Ведь главный критерий в искусстве — выразительность, а не фотографическая передача реальности. Если бы цель была в ней, искусство бы умерло с изобретением фото. Но мы же не в 19 веке, когда происходила борьба импрессионистов с салонным академизмом.

И поэтому детей надо учить не повторять по образцу приём, открытый другим художником, а видеть и изобретать новое. Дети легко придумывают, как нарисовать губы, глаза, ёлку или динозавра, если им не навязывать клише, стереотипы или примеры вроде аниме или рисования с фото.

Но сейчас почти на всех мастер-классах и онлайн школах детям именно показывают образец. А они его повторяют. Это скучно… Это не творчество. Нельзя лишать детей возможности изобретать. 

Именно поэтому неусидчивые мальчики первыми бросают занятия рисованиям, их не увлечешь работой по образцу, пусть и замаскированной под творчество. Этом мы удивляемся, почему в творческих вузах теперь 1-2 мальчика на курс. Они избегают этого «вышивания» ещё во время начальной школы.

Это не значит — что не бывает активных девочек, я сама девочка))). Но обычно мальчикам нужно больше изобретательства и активности.

Ретунски:

Что такое сам по себе процесс творчества? 

Зина Сурова:

Наверное, для меня он точно не сам по себе (смайлик) .

Это как у М.М. Бахтина: «искусство и жизнь не одно, но должно стать единым во мне, в единстве моей ответственности» (цитирую по памяти). 

Творческий процесс — это во-первых рождение идеи (а идеи, как известно, витают в воздухе и надо их ловить))) А во-вторых творческий процесс это работа, которую нужно проделать, чтобы реализовать эту идею.

Ретунски:

Как ты работаешь над вдохновением? 

Зина Сурова:

Вдохновение для меня — это время на творчество и любимую работу.

Сама мысль, что вот сейчас у меня есть возможность заняться любимым делом так вдохновляет, что над вызовом музы))) уже не приходится стараться.

Ну а если шутки в сторону —  я просто умею довольно быстро входить в нужное для творчество состояние.

Этому можно научится так: всякий раз, как у тебя что-то получилось нарисовать/придумать/создать,нужно запоминать своё состояние. Можно даже придумать этому состоянию своё секретное название/имя. Так проще «вызывать» вдохновение или возвращаться в нужное для творчества настроение. Этому меня научил папа, а сам он прочитал об этом в удивительном средневековом японском трактате «О цветке стиля» (там речь о творчестве актеров, но это применимо в любому виду творчества).

Ретунски:

Твои любимые художники?

Зина Сурова:

Очень длинный список может получится: очень люблю смотреть буквально всю истории искусств: от архаики… Сейчас для занятий с моим 16тилетним сыном много смотрела Гийомена и Вюйяра.

А так любимые: Сезанн, Гоген, Матисс, Гойя, Веласкес, Хиросиге, Дейнека…

…любое настоящее народное искусство (хоть Мексика, хоть инуиты, хоть архангельская губерния))))

…Пикассо, Шагал, Митурич…

Есть и современные художники, хотя, как я люблю говорить: «живопись, к сожалению, не входит в понятие современного искусства».А я люблю живопись)))

И точно могу сказать, что не люблю в искусстве: фотографизм и бессмысленный натурализм.

Ретунски:

Какой ты видишь Москву?

Зина Сурова:

Я люблю Москву такой, как я вижу из окон твоей студии. Обожаю помещения под крышей и виды оттуда на дома и улицы старой Москвы. В столице мне не хватает деревьев, в большом городе их должно быть во многом раз больше.

Ретунски:

Благодарю!

 

Ссылка на книги https://www.labirint.ru/authors/44942/

https://www.instagram.com/zinasurova